11.11.2019

Дмитрий Песков: «У нас потенциальных "единорогов" гораздо больше, чем кажется»

На форуме Баркемп «Национальная технологическая революция 20.35» спецпредставитель Президента РФ по вопросам цифрового и технологического развития в беседе с главным редактором Business FM Ильей Копелевичем рассказал о строительстве компаний-«единорогов», экспортном потенциале российского образования и метапроектах НТИ.


– В каких рейтингах, в каких сферах высокотехнологичных и образовательных достижений мы находимся на первых позициях? Чем экспорт нашего образования хуже, чем экспорт любой другой высокоинтеллектуальной или высокотехнологической продукции?
– У нас до сих пор не продано основное конкурентное преимущество – физика и математика. Мы можем их продавать глобально и дорого. Мы в состоянии выстроить большой бизнес, связанный с экспортом образовательных услуг. Под экспортом образования мы сегодня в основном понимаем обучение иностранных студентов в наших вузах, причем речь идет не о самых сильных студентах. 

Есть другая часть истории про экспорт образования: когда наши стартапы делают экспортные продукты. Учи.ру продает обучение математике в других странах, Skyeng учится продавать обучение английскому языку в других странах. Это про классный экспорт образовательных услуг. Наша гипотеза в том, что мы можем заработать очень много денег и создать сильные компании в этих направлениях. Но еще раз, наши непроданные конкурентные преимущества – это физика и математика. 

– А где у нас хорошо? Где у нас лучше с точки зрения экспорта?
– Атомная индустрия – это физика. Зенитные ракетные комплексы – это математика. Мы традиционно поставляем на экспорт не только нефть и газ, а еще металлы, продукты сельского хозяйства, атомные станции и оружие. Высокотехнологический экспорт — это как раз оборудование для атомных станций, вооружение. И есть еще IT-услуги, в этом направлении мы –абсолютные лидеры с точки зрения мифа. Но мы не умеем эксплуатировать уже созданные мифы. Например, создан миф о русских хакерах, но мы его до сих пор не капитализировали.

– Как это сделать? И возможно ли это? Ведь это бренд, который не продается в легальной экономике.
– Почему же? Вы можете продавать дроны, а можете – защиту от дронов. Вы можете продавать хакеров, а можете защиту от хакеров. Например, тяжелая трансформация, которую сегодня переживает «Лаборатория Касперского».
Компания стала мировым лидером в области систем защиты от компьютерного проникновения, потом попала под тяжелейший удар в виде обвинений в том, что она «занимается хакерством». Хотя это не было доказано, компания потеряла часть рынков, в частности рынок Северной Америки. Сейчас пытается выйти на новый уровень, создав центры прозрачности и показав, что ее продукция абсолютно прозрачна. И идет в новые сегменты – защиту в области интернета вещей и промышленной безопасности. Если это удастся совместить с идеей прозрачности, может появиться глобальный продукт мирового уровня. 

– Какие сценарии инновационного развития экономики, на ваш взгляд, наиболее вероятны? 
– У нас есть, с точки зрения экспорта, 5 основных сценариев:
1. Наступательный, рыночный, чемпионский. 
Это гипотеза о том, что, для того, чтобы бороться в 20-е годы на глобальном рынке, нам нужны технологические чемпионы с высокой капитализацией и со своими сетями по всему миру. Мы стимулируем стремительный рост компаний, их выход на IPO, ставим цель, например, 10 «единорогов» в ключевых направлениях технологического развития к 2025 году. И любыми средствами этого добиваемся. Сегодня страны оценивают свою мощь на глобальном рынке в том числе по количеству компаний-«единорогов».

2. Островное развитие. Островной, инфраструктурный, оборонительный сценарий. 
В первую очередь нужно обеспечить внутренний технологический суверенитет, поэтому мы будем развивать инфраструктуру. Мы либо расширим полномочия наших монополий в сторону цифры и технологий, либо вырастим новые технологические монополии. Внутри НТИ мы выделили группу инфраструктурных проектов, которые претендуют на то, чтобы стать технологическими госкомпаниями 2.0, вырастив модель обмена данными и платформу на этом обмене данными в технологических областях. Сегодня у нас 5-7 таких проектов в разной степени развития.

3. Романтический, экосистемный, хаотический, сетевой сценарий.
Давайте вырастим десятки тысяч стартапов, дадим им развиваться. Тогда методом самозарождения из них вырастет что-то интересное и уникальное – и всем будет хорошо. Мы их будем поддерживать по широкому фронту экспортными инструментами, и там что-то произойдет. 

4. Фантастический, который сочетает первые 3 сценария.
Мы инвестируем в инфраструктуру, но позволяем в стране появиться квазимонополиям при условии, что они выращивают внутри себя экосистемы и целятся на мировые рынки. Это примерно тот сценарий, который сегодня прорабатывается правительством с компаниями-лидерами, которые должны взять на себя ответственность за развитие тех или иных технологий.

5. Реалистичный, имитационный сценарий.
Мы возьмем на себя ответственность за все эти кусочки, передадим ответственность по цепочке и размоем ее в коллективных органах принятия решений. Что-то при этом, наверное, вырастет, и мы этим отчитаемся.

– Когда создавали НТИ, базовым был первый сценарий. Сейчас концепции изживают себя гораздо быстрее, чем раньше. Несколько лет назад базовой концепцией была концепция выращивания отечественных «единорогов» при помощи государства. Несколько лет мы пытались идти по этому пути. Если подводить итоги, есть ли позитивные результаты?
– Пока мы идем строго по плану, у нас нет никаких значимых отклонений. Никто не обещал, что у нас вырастут «единороги». Есть базовая стратегия, она публично доступна: в ней 2018-2020 годы – время разочарования в первых результатах. 
За последний год в России появились два технологических «единорога» по строгим мировым правилам. Сейчас в стадии высокой готовности третий «единорог», который готовится к размещению на Нью-Йоркской бирже. 
Мир сложнее, чем кажется. В этом году объем прямых инвестиций США в Россию рекордно вырос.
Чтобы решать серьезные технологические задачи, нужны серьезные средства. Если у вас нет компании с кэшем внутри, которая может инвестировать вдолгую, никаких средств государства не хватит. Государство может влить средства один раз, а потом они кончатся. У нас может быть 35 прекрасных компаний, которые делают беспилотники, но, чтобы вывести на тестирование 100 машин, нужно быть уже Яндексом. Поэтому нам все равно понадобятся крупные технологические компании, которые умеют в это инвестировать. Вопрос в том, будут ли это новые компании или же это будут структурные подразделения нынешних компаний. Новый «единорог»– это стартап по компьютерному зрению или это компания «Сбербанк»?

У нас потенциальных «единорогов» гораздо больше, чем кажется. Но их росту мешает недостаточный аппетит к риску, некоторая жадность государственных венчурных организаций. В чем отличие обычного бизнеса от венчурного? В обычном бизнесе ты покупаешь дешево и продаешь дорого. В венчурном бизнесе – чтобы продать дорого, надо купить дорого. 

– То есть венчурные инвесторы превращаются в меценатов?
– Наоборот. Эксплуатация хайпа. Есть крупные фонды, которые специализируются на крупных инвестициях. И у них стоит отсечка, что они проекты меньше 100 млн долларов не смотрят. И чтобы они вас увидели, у вас должна появиться оценка 100 млн. Представьте, что вы венчурный капиталист и вы покупаете компанию, которая, по вашим оценкам, стоит 50 млн долларов. И вы покупаете в ней 10%. Вы можете купить их за 5 млн или за 10 млн. Зачем покупать в два раза дороже? В обычном бизнесе вы в этом случае – дурак, а в венчурном – умный, потому что, если вы купили 10% за 10 млн, то оценка всей компании вырастает до 100 млн. И ее видит следующий игрок, который инвестирует уже с учетом стоимости стартапа в 100 млн долларов.

– Не похоже ли это на пятый сценарий, который называется имитацией, то есть бухгалтерскими играми, манипуляциями с целью показать капитализацию, создать впечатление для собственных акционеров и инвесторов?
– Вы описываете современную мировую экономическую систему. В ней нет грани между реальностью и имитационной виртуальностью, это вопрос оценки. Сегодня оценка крупнейших технологических компаний строится примерно таким образом. Да, разгоняется хайп, да, получаются инвестиции, а дальше вы можете, собрав такие деньги, потратить их на что-то масштабное. Например, запустить в космос 43 тысячи микроспутников и обеспечить доступ всего населения Земли в интернет. Или создать океанический флот беспилотных кораблей, которые мониторят мировой океан, выполняют экономические задачи и получают энергию от солнца.

– В этой модели есть критерии, здравый смысл и роль государственных институтов развития? Или все это будет происходить хаотично, по законам хайпа?
– Модель, которую я описал, в Долине называют «Fake it till you make it». Должно ли государство играть в эти игры? Очевидно – нет, это плохая история. Должно ли государство уметь пользоваться этими процессами для достижения своих целей? Очевидно – да. Эту тонкую грань мы сейчас ищем, чтобы получить нормальные средства на развитие технологий в РФ.

– Хотим ли мы жить в призрачном мире, который будет базироваться на хайпе в интернете, на капитализации этого хайпа, на продаже 1% акций по манипулятивной цене?
– Другую обоснованную модель надо найти.

– В нашей стране мы видим бурное развитие технологий, результативное, без финансовых и словесных манипуляций. Это весь финтех, который за пять лет на наших глазах проделал взрывной путь от нуля до вершины. Общепризнано, что наш финтех, а пионером был Сбербанк, опережает все мировые стандарты. И здесь не было никаких рискованных манипуляций.
– Хайповые модели работают, чтобы у вас было бесконечное количество денег. Вы привели в качестве примера Сбербанк. Если у вас годовая прибыль – триллион, вы можете позволить себе риск.
Финтех, которым мы гордимся, это, в очень большой части, огромное количество команд, которые как раз сыграли на хайпе с криптовалютами, с ICO, «подняли» серьезные деньги. И это было мошенничество почти в 100% случаев, за редким исключением. Столько хайпа, жуликов, сколько было в российском финтехе последних нескольких лет… А сколько мы списали как государство на чистку банков за последние годы? За эти деньги можно было бы построить 10 инновационных экономик. 
Нет модели управления технологическим развитием в эпоху островизации. Нас всех тянет во второй сценарий, связанный с монополиями и цифровым откупом. Эта модель нам присуща. Сейчас все просят получить на откуп данные. 

– Есть оценки, что данные нельзя отдавать в монополию частным структурам. Есть ли альтернатива?
– Сейчас правительство выработало стратегически единственно верный вариант: данные не должны монополизироваться, они не должны принадлежать только государству, только гражданам и только компаниям. Нужно создавать механизмы недискриминационного доступа к данным через механизмы, например, отраслевых ассоциаций. Это то, что мы сейчас пытаемся реализовать в проекте Автодата. У этой истории гигантский потенциал. То же самое может появиться в медицине, в воздухе, в ритейле. Если эту стратегию удастся превратить в нормативный документ и выдержать атаки лоббистов, то через 3-4 года мы получим очень серьезное ускорение нашего технологического развития. Мы избежим трех крайностей, которые есть у наших конкурентов. 
В США данные принадлежат корпорациям, и они не очень любят обмениваться друг с другом. А государство начинает «бить по голове» корпорациям и, скорее всего, мы в 20-е годы увидим новые антимонопольные процессы разделения крупных цифровых платформ на нескольких игроков. В Китае, где через государство очень многое идет, в Европе, где GDPR говорит, что все принадлежит гражданам и очень тяжело данные передавать. Мы ищем путь, связанный с ассоциациями, которые могут недискриминационно эти данные накапливать и делиться. Если сумеем его нащупать, это будет невероятным успехом. И мы технологическое развитие увидим совсем другим уже через пять лет. 

– Каким вы видите сценарий на 5 лет вперед?
– Есть ключевой барьер связанный с безопасностью, который мы в настоящий момент не преодолели, и все 20-е годы мы будем пытаться его преодолеть.  
Например, нет никаких технологических препятствий, чтобы построить огромную распределенную национальную систему сбора и обработки биологических и медицинских данных. От этого будет гигантская польза, резкое снижение уровня смертности и множество других социально-экономических эффектов. Диагноз становится более качественным. Казалось бы, вот она перспектива, технологически это возможно. Но нет. Когда мы спрашиваем граждан, готовы ли они ради потенциального улучшения собственного диагноза отдать свои персональные медицинские данные в общую систему, большинство отвечает «нет». Потому что большинство людей считает, что, если работодатель узнает актуальные медицинские данные о человеке, то будет его дискриминировать. 

Если современные корпоративные информационные системы не могут обеспечить безопасный оборот данных даже самой чувствительной финансовой информации, то кто нам с вами сказал, что мы сможем обеспечить безопасный оборот биомедицинских данных? И все, система остановилась. Мы не можем эту инициативу развернуть. Барьер безопасности категорически недооценён, и уровень тревожности у граждан относительно персональных данных стремительно растет. Так что в ближайшие годы мы будем пробивать барьер безопасности. 

– Постулат о том, что следующий этап научно-технологического развития, революции, прорыва, связан с работой с большими данными, сейчас уже под вопросом?
– Для следующего шага нашим компаниям придется научиться работать с государством: с сертифицирующими, контролирующими, следящими, надзирающими и другими органами. Это неприятный, но неизбежный ответ. 

– Расскажите, что такое метапроекты НТИ?
– Задача метапроектов – научиться кооперироваться, чтобы небольшие компании совместно с крупными игроками, государственными и частными, научились создавать комплексные продукты. Цель – создание комплексного большого продукта. Проблема в том, что мы не можем позволить себе дожидаться пока у нас 100 Яндексов родятся естественным путем, у нас для этого слишком маленький рынок.

#БаркемпНТИ, #метапроекты, #венчурные инвестиции

Подписка на обновления

«Информбюро 20.35» делает почтовую рассылку самых интересных публикаций один раз в неделю. Чтобы подписаться на нее, зарегистрируйтесь или войдите через свою учетную запись на платформе leader-id.ru.